Григорий Пернавский (sirjones) wrote,
Григорий Пернавский
sirjones

"Ленингрэд". Четвертая серия, ч.1.


Смольный. Подполковник-инженер докладывает Жданову:
- Каждыйдень летаем над озером. Почти на всей южной части лед есть, а на этом участке ну никак не замерзает.

Жданов:
- Ну обойдите или здесь проложите, или здесь. Чтобы трасса была, а то все под трибунал пойдете.
Павлов и Ильиным красноречиво переглядываются. Подполковник, страдая от одышки добегает до "иван-виллиса", садится в него и кричит "Гони"! Напротив Смольного расчет зенитки кушает кашу.

Никоненко с капитанскими шпалами сообщает, что ночью, как будут бомбить, непременно и сразу одного собьет.

- Это откуда такая уверенность, товарищ лейтенант, - спрашивает боец.
- А увидите, злой я сегодня - отвечает Никоненко, поблескивая демаскирующии расчет пуговицами...
Ночь. Близ Петергофа едут на дело немецкие летчики.

Блондинчик, в котором мы узнаем остриженного Грушницкого требит племянника и рассказывает ему, что все будет хорошо. Кирилл Лавров начинает рассказывать про бои на западном направлении фронта. Цветкова провожает певичку в эвакуацию.

Та переживает, что из-за какого-то паршивого кольца милиционерка поругалась с Сорвиной. Певичка отдает Цветковой ключ от шкатулки с драгоценностями, топа чтобы они их продавали и питались, а ей будет с этого спокойно за них. Затем следуют слезливые объятия, сопровождаемые каким-то истеричным словесным поносом.
А в небе в это время летят самолеты. Грушницкий по-прежнему излучает оптимизм. Цветкова, утирая сопли, бредет несколько шагов и натыкается на родной автобус. Из автобуса выскакивает милиционерка и начинает базлать на нее, а потом с помощью шофера запихивает в транспортное средство. Оказывается, так увозят на задание...
Мальчик Юра расказыаает Сорвине, что странно, что все уезжают, а она остается. Юрина мама разрешает топить печку книгами и жить в оставляемой квартире. авров объявляет воздушную тревогу. Немцы бомбят. Ильин в машине, едущей на аэродром орет: "Гони, опоздаем". Видимо, он понимает, что если до конца налета они не успеют, то самолеты с аэродрома подняться не смогут. Злорадно ухмыляющийся Грушницкий, бормоча "Шайсе" расстреливает полуторку с детьми, а Никоненко отхотится за самолетом, покрикивая на наводчика что-то вроде "ВедиегоВасядавайдавай"! Самолет Грушницкого, по ходу завис над тремя квадратными метрами декораций и стреляет по детишкам. Потом он устало снимает очки и говорит племяннику:
- Вальтер, я отбомбился. Теперь твоя очередь. Тока не тяни резину.
- Я не тяну, я ищу цель, говорит Вальтер - и присматривает прожектор, на который ему лучше было бы спикировать, поскольку ничего кроме лучей от прожекторов на картинке с самолетами не нарисовано.
- Сказал, я этого мессера достану, - орет Никоненко и сгоняет наводчика с его рабочего места.

- Вижу цель - говорит племянник, направляется прямо в луч прожектора и попадает под выстрел Никоненко, который говорит: "Достал".
А Лавров взял, да и помер.

И некому объявить отбой воздушной тревоги. На самом деле, главный диктор Ленинградского радиокомитета Михаил Мукасей, хотя и дошел от голода, но остался жив.
Утро. Ефремов и Ильин бычат друг на друга, на таму кто виноват в прошлом провале прогулки в Петергоф. Интересно смотреть как старший лейтенант РКМ хватает за грудки майора ГУГБ. Диалог, в силу художественной малоценности, опускаю.
Петергоф. Улицы патрулируют солдаты Полицейской дивизии СС. Стычкин с разбитой харей показывает девицам дом Краузе. Препирающиеся между собой девицы идут к цели. Немцы заняты разгрузкой машины, внимания на них не обращают, зато парни из тех, от которых фанатеют теперь некоторые члены ДПНИ, вместо того, чтобы таскать ящики, стоят злобной кучкой и что-то подозревают.

Тем временем, три грации доходят до дома.

В доме полный разгром. По ходу. Краузе тово, увели.
Полицай говорит соратнику:
- Обед отменяется, беги за "Нашими", - и с двумя лбами идет по следам девиц.
У девиц начинается легкая истерика и тут Голубкина чует вонь. Воняет от рыбы.
- Девки, - говорит Голубкина, - а ведь эта рыба, которую ему Стычкин передал. От Тойво (Это пиздец, товарищи! Про тойвину рыбу знают даже ППС-ницы!!!). Протухла уже (Да, блять, хер знает, сколько Тойво ее у себя держал, потом ее съела певичка, а потом с ней еще полтора месяца воландались чекисты с ментами). Так старик и не попробовал. И бросает рыбу обратно, на письменный стол, где ей и место. Барышни выходят, но тут до Цветковой доходит, что в доме есть и кухня. Девушки бегут обратно. Действительно, на бумаге изображен план!

Стычкин видит, что дело принимает дурной оборот. Обратите внимание на плакатик. Интересно, зачем немцы увеличили листовку и наклеили е на стену дома в оккупированном ими населенном пункте?

Перестрелка. Цветкова бежит, прочих убивают. Как Цветкова добирается до Ленинграда нам не показывают, хотя, будь я на месте немцев, пустил бы по ее следу дрессированных котов или вьетнамцев.
- Воодушевленный Жданов приказывает срочно сформировать три группы по 12 человек.
- Две много - говорит инженерный подполковник Толкунов.
- Три группы по 12 человек, все в распоряжении майора Толкунова. Незамедлительно начать прохождения озера по косе, как его там. Краузе.
При этом Ждановский палец намечает контуры трассы

аккурат по Шлиссельбургской губе, напротив немецких позиций, как раз там, где трасса отродясь не проходила, ибо задачей ее было не пройти по косе кого-то там, а связать между собой вполне определенные точки на советских участках побережья Ладоги. Для сравнения посмотрите на реальную схему
http://amyat.narod.ru/memo/golubev_vf/s01.gif
и представьте примерно где бороздит просторы ждановский палец. Судя по положению обозначения Ладожской флотилии, схема, взятая для фильма, относится явно не к осени-зиме 1941-42 гг..

Толкунову: - Я тебе даю сутки.
Толкунов: - Мало. не дойдем, товарищ Жданов.
- Три группы. Кто-то дойдет.
Окончание следует.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments